Чистилище · Уступ V — скупость
Песнь 21
О чём песнь
Пятый круг: сребролюбивые.-- Стаций.-- Причина сотрясения горы. -- Встреча Стация с Виргилием
Врожденной жаждой, только тою влагой
1-3. "Врожденная жажда", т, е. жажда познания: "Omnes hommes natura scire desiderant". Аристотель. Met. lib. I, in princ. -- "Врожденная жажда -- это жажда истинны и врожденное человеческой душе томление о благе вообще. Она может удовлетвориться здесь, на земле, лишь божественным откровением, a в том мире вполне утоляется лишь созерцанием Божества, как частью блаженства. Фома Aкв. Sum. Theol. II. 1-ая quaes. IV, art. 8. -- На то и другое намекается водою, о которой говорит Христос". Филалет. -- В предыдущей песни любознательность Данте не могла быть утолена; эту любознательность разумеет он под именем "жажды", в применении к евангельским словам, где Христос говорит самарянке: "Кто будет пить воду, которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек". И самарянка Христу: "Господин, дай мне этой воды, чтобы мне не иметь жажды". Иоан. IV, 14, 15.
В нас утоляемой, которой дар
Был Самарянкой выпрошен, как блого;--
Томился я, и мчал усердья жар
4. "Томился я", т. е. сгорал нетерпеливым желаньем узнать истину. "Homo non est perfecte beatus quamdiu restat ei alquid desideranduin et quaerrendum... In tantum procedit perfuctio intellectus, in quantum cagnoscit essentiam alicujus rei". Фома Акв. Sum. Theol. p. I, 2-ая qu. III, art. 8.
Меня тропой, где всюду горесть дышит,
И я скорбел при виде Божьих кар.
И как в пути (о чем Лука нам пишет)
7-9. "Двум ученикам", шедшим в Эммаус. Ев. от Луки XXIV, 13--16.
Христос явился двум ученикам,
Из гробовой уже пещеры вышед,--
Вот!-- вслед нам шедший дух явился там,
10. Дух этот -- римский поэт Стаций. Публий Папиний Стаций, сын поэта того же имени, славный в свое время стихотворец, жил при Домнциане (86--96 по Р. X.). Отец Стация неоднократно бывал увенчан на поэтических состязаниях, праздновавшихся через каждые пять лет в Неаполе, и умер в Риме в 80 г. нашей эры, на 65 году жизни. По мнению Додвелля, сын его Стаций родился в 61 г. ли Р. X. и умер в 96 -- на 35-м году жизни, что, кажется, не совсем верно. Он был женат на римлянке, вдове, по имени Клавдии, от которой не имел потомства. В высшей степени льстивый к Домициану, Стаций пользовался великою милостью императора. Он был обожаем в Риме, где взял несколько победных венцов на поэтических состязаниях; но так как восторг к нему римлян скоро остыл, то Стаций удалился в Неаполь, где и умер, как сказано, в 96 г. по P. Хр. Об его сочинениях будет сказано в примечании к 91 стиху. О Стации писано очень многими. -- Скалигер вместе с Данте ставит Стация наряду с Виргилием и говорит, что он подошел бы еще ближе к последнему, если бы не желал слишком близко подойти к нему. Но теперь едва ли кто станет ценить его так высоко, как ценил Данте. Тем не менее в средние века Виргилий и Стаций считались первыми эпическими поэтами; творенья их читались всеми и цитировались в школах. Скартаццини.
Глядя на сонм, лежавший под заклятьем;
11. "Стаций, теперь уже очищенный (см. ниже, стих 68) после совершенного им покаяния, созерцает еще тени, лежащия там на земле, т. е. он взвешивает свой грех, от которого только что освободился, и последствия его". Штрекфусс.
Но стал нам виден лишь тогда, как сам
Проговорил: -- "Да даст Господь мир братьям!"
13. Стаций считает путников за души, идущия к небу по очищении, и приветствует их по глаголу Христа: "Входя в дом, приветствуйте его, говоря: мир дому сему". Матф. X, 12.
Мы оглянулись тотчас, и поэт,
Послав ему привет руки поднятьем.
Сказал ему: -- "В бессмертный свой совет
16. "Совет". -- "Не устоят нечестивые на суде, и грешники -- в собрании праведных". Псалт. I, 5. -- Сличи: Рая XXVI, 120, -- Совет означает здесь рай, собрание праведных.
Тебя да примет с миром Суд безгрешный,
Как вверг меня в изгнанье вечных бед".
18. "В изгнанье вечных бед", nell'eterno esilio, т. e. в изгнанье из неба, истинного отечества душ. "Виргилий, как язычник, не может проникнуть в рай, так как одним разумом невозможно достигнуть высочайшого". Штрекфусс.
-- "Как?" дух сказал, меж тем как шли мы спешно;
19. Здесь Стаций прерывает речь Виргилия, который продолжает путь, не останавливаясь.
"Вам Господом путь в гору возбранен?
Кто-ж вас, теней, привел из тьмы кромешной?"
И вождь: -- "Коль вник ты в смысл на нем письмен
22. "Письмен", т. е букв Р, начертанных на лбу Данте.
Начертанных десницей, вход брегущей,--
23. Т. е. рукою ангела, охраняющого врата чистилища (IX, 112).
Поймешь, что быть средь добрых должен он.
24. Т. е. он должен войти в царство праведных, небо. "Наследуйте царство, уготованное вам". Матф. XXV, 34. "Если терпим, то с Ним и царствовать будем". II посл. к Тимоф. II, 12.
"Но как ему и день и ночь Прядущей
25-27. Парка Лахезис, прядущая нить жизни каждого живого существа; другими словами, -- Данте еще не вполне кончил течение своей жизни. Известно, что древние поэты подчиняли жизнь человека трем богиням, называвшимся парками, помещая их около Плутона; первая называлась Клото, вторая Лахезис, третья Атропос (Ада XXXIII, 126). Первая навивала кудель на прялку в минуту рожденья человека, вторая безостановочно пряла кудель, третья по своему усмотрению перерезывала нить. Отсюда стих: Clotho colum bajulat, Lachesis trahit, Atropos secat.
Нить дней еще ведется с прялки той,
Где Клото вьет кудель всей твари сущей,--
"То в нем душа, нам будучи сестрой,
28. Так как она вышла, как и наши души, из рук одного и того же Создателя, или, по объяснению Ландино, потому что "все мы одного и того же рода, хотя ты уже достиг блаженства, я нахожусь в числе осужденных, a он -- в неопределенном состоянии".
Здесь странницей могла-ль быть одинокой,
Глядя на все не так, как я с тобой?
30. Т. е. глядя на все глазами живого человека. "На земле, по теории Фомы Аквинского и Данте, мы видим вещи не непосредственно, но только как отпечатки предметов; там же видим их в зерцале Бога (Чистилища XXV, 82--81)". Каннегиссер.
"Вот почему из пасти бездн широкой
31. "Широкая пасть", ampia gola, т. e. из первого круга ада, или Лимба (Ада IV, 24), составляющого как бы отверстие, пасть адской воронки.
Я взят в вожди и буду им ему,
Доколь вести здесь может ум высокий.
33. "Опять, как всегда и повсюду, намек на значение, а вместе с тем и ограничение разума по отношению к правильному церковно-гражданскому мироправлению (Чистилища XVIII, 46)". Флейдерер.
"Но объясни, коль можешь, почему
Дрожит гора, и от вершин до моря
Что значит клик по Божьему холму?"
Вопрос в мои желания, -- им вторя,--
Как нить в ушко иглы попал: во мне
38. "В желания как нить в ушко иглы попал" -- в подлиннике; la cruna del mio disio. -- "Латинское выражение: acu tangere -- верно попасть". Каннегиссер.
От жажды той уж часть отпала горя.
И дух:--"Ничем здесь в Божьей вышине
Не рушится религия святая,
41. "Религия святая", т. е. святость горы. Стих этот взят из Виргилиевой Энеиды VIII, 349, 350: "Jam tum religio pavidos terrebat agrestise Dira loci, iam tum silvam saxumque tremebant". Также Ibid. XII, 181: "Aetborie alti religio".
И все всегда законно в сей стране.
"От всех премен изъят здесь воздух края
43-51. "В этой и следующих двух терцинах перечисляются все атмосферические метеоры: дождь, снег, град, роса, иней, облака всех видов, молния, радуга, которая, являясь всегда насупротив солнца, занимает различные места на небе. Все эти метеоры, говорит Данте, не исключая и ветров, обозначаемых словами: пар сухой (который, будучи нагрет, через то нарушает равновесие температуры), существуют ниже врат чистилища". Антонелли. -- "Только за вратами чистилища, описанными в IX песни, начинается вечный порядок и владычество чисто-небесных сил". Флейдерер. -- Прототип этого представления, перешедший от греческих к римским поэтам и от них к Данте, мы находим у Гомера в его описании блаженной вершины Олимпа, горы, которая, подобно горе рая, возвышается из моря: ..."Зевсова дочь полетела Вновь на Олимп, где обитель свою, говорят основали Боги, где ветры не дуют, где дождь не шумит хладоносный, Где не подъемлет метелей зима, где безоблачный воздух Легкой лазурью разлит и сладчайшим сияньем проникнуть. Одиссея, Жуков. VI, 42--46.
Все из себя берут здесь небеса,
Обычный строй в сем мире сохраняя.
Не падают ни иней, ни роса
Ни дождь, ни снег здесь выше той поляны.
Где трон из трех ступеней поднялся.
48. В подлиннике: La scaletta dei tre grandi breve, т. e. возвышение из трех ступеней, на котором сидит привратник чистилища (Чистилища IX, 78 и далее и примеч.).
"Здесь нет и туч; безвестны здесь туманы,
Ни молнии; ни Тауманта дщерь,
Что ниже там меняет часто страны.
51. "Тауманта дщерь", Ириса, дочь кентавра Тауманта и Электры (Гезиод Theog. 265), посланница богов, особенно Юноны, которая по радуге опускается и подымается на небо (Рай XII, 10). Здесь разумеется просто радуга.
"Восходит здесь и пар сухой, поверь,
52. "Пар сухой". По Аристотелю (Metaph. II) парь, подымающийся с земли, есть причина всех перемен в нашем мире. Пар этот разделяется на влажный и сухой; от первого рождается дождь, снег, град, роса, иней; от сухого и тонкого ветер; от сухого и плотного землетрясение. Эти пары не могут, впрочем, подыматься выше третьей области воздуха; этих областей от сферы луны до центра земли существует четыре: область жаркая, холодная, холодно-жаркая и недро земли. Вследствие этого сказанные перемены не могут восходить выше холодной области. И так поэт, говоря, что пары не подымаются выше трех ступеней врат чистилища, тем самым говорит, что эти врата помещены на самой верхней границе третьей области воздуха, т. е. в холодной области. То же самое он говорит ниже, устами Матильды в земном раю (Чистилище XXVIII, 97--102)". Скартаццини. -- "По теории Данте, согласной с Брунетто Латини, сухие пары вызывают молнии, когда подымаются на высоту, и землетрясения, когда проникают в недра земли". К. Витте.
Не выше тех трех сказанных ступеней,
Где Страж Петра оберегает дверь.
"Там, может быть, дрожит сильней, иль меней
55. "Там", т. е. на горе чистилища, ниже врат Петровых. -- Ученые говорят, что землетрясение происходит таким образом: земля имеет вид губки, и внутри её зарождается ветер и кружится и ходить по этим пещерам. Когда же вырастет до той степени, до какой лишь может достигать, он ищет себе дороги для выхода в воздух и сотрясает с такой силой, что земля увлекается за ним и нередко растрескивается, чтобы выгнать его вон". Оттимо.
Гора по той вине, что ветр там скрыт
В земле; но выше -- нет землетрясений.
"Дрожит здесь край, как скоро дух свершит
58-60. "Здесь", т. е. выше врат чистилища. -- "Как скоро дух.....почует", в подлиннике: quando alcuna anima monda Sentesi, si che surga, o che si mova Per salir su", -- место очень темное и толкуемое комментаторами различно. По некоторым, гора Чистилища дрожит всякий раз, когда очищенная от грехов душа возносится на небо, или когда, очистившись от одного греха, идет в следующий круг чистилища для очищения от другого греха. Бути. Ландино. -- Но такое толкование едва ли правильно. Лучше, кажется, объяснение Велутелло: "Встает, т. е. встает на ноги, и это сказано поэтом именно в отношении душ в этом круге, где очищающияся лежать ниц, так как первое их движение, которое они должны сделать, почувствовав себя очистившимися от греха, состоит, конечно, в том, что они подымаюся с земли. "Почует к полету мощь" -- сказано в отношении душ, ни лежащих на земле, но возносящихся прямо в небо по очищении". Сличи Скартаццини.
Срок искуса, и встанет, иль почует
К полету мощь, и гимн тогда гремит.
"Что срок свершен. -- то воля знаменует;
61-69. "Для объяснения этого места всего лучше может служить соответствующее место из Фомы Аквинского. При разрешении вопроса и том, есть ли казнь в чистилище добровольная казнь, Фома делает различие в отношении к слову добровольное -- добровольное вследствие абсолютной воли и добровольное вследствие условной воли. В первом смысле ни одна казнь не есть добровольная, ибо это противоречит понятию о ней. В последнем смысле казнь может быть добровольною двояким образом: во-первых, тем, что воля приобретения какого либо блага принимает на себя наказание, или, по крайней мере, охотно подвергается ему и не желает, чтобы оно не существовало, как при самобичевании или мученичестве, и во-вторых -- тогда, когда известно, что без наказания нельзя достигнуть известного блага, когда воля хотя и не налагает сама на себя наказания и могла бы от него освободиться, но тем не менее выносит его". Вот подлинные слова: "Aliquid dicitur voluntarium dupliciter. Uno modo voluntate absoluta; et sic nulla poena est voluntaria, quia ex hoc est ratio poenae quod voluntati contrariatur. Alio modo dicitur aliquid voluntarium voluntate conditionata; sicut ustio est voluntaria propter sanitatem consequendam. Et sic aliqua poena potest esse voluntaria dupliciter. Uno modo quia per poenam aliquod bonum acquirimus; et sic ipsa voluntas assumit poenam aliquam, ut patet in satisfactione: vel etiam quia ille libenter eam accipit, et non vellet eam non esse, sicut accidit in martyrio. Alio modo quia quamvis per poenam nullum bonum nobis accrescat, tamen sine poena ad bonum pervenire non possumus, sicut patet de morte naturali, et tunc voluntas non assumit poenam, et vellet ab ea liberari: sed eam supportat, et quantum ad hoc voluntaria dicitur. Et sic poena purgatorii est voluntaria". (Sum. Theol. p. III, Suppl. append, qu. II, art. 2). -- "То же учение излагает и Данте. Абсолютная воля желает освобождения от казни; но условная воля предпочитает этой абсолютной воле данное душе Богом желание полного удовлетворения, и таким образом и человек может только лишь после полного очищения свободно и радостно вознестись к блаженству. Прекрасная мысль, достойная благородного поэта!" Филалет. -- "Истинно свободная воля должна необходимо вполне согласоваться с божественной; поэтому, пока не вполне очистившаяся душа еще не созрела для неба, по божественному мироправлению, до тех пор она не может иметь в себе желания покинуть чистилище". К. Витте.
Она, парить всегда имея дар,
Объяв вдруг душу, крылья ей дарует.
"Парить же ей сперва мешает жар
Желанья, им же, как влеклась вначале
К греху, так днесь -- к перенесенью кар.
"И я, лежавший пять веков в опале
67. "Стаций умер около 96 лет по Р. Хр. (примеч. к стиху 10 этой книги; Данте встречает его в чистилище в 1300 г.; отсюда следует, что Стаций был 12 веков в чистилище; 5 веков он находился в кругу скупых; другие 4 века -- в кругу недеятельных (XXII, 92--93); остальные триста лет, как надо предполагать, он провел в преддверии чистилища или в одном из трех первых кругов". Скартаццини.
Лишь вот, теперь, почуя волю; мчусь
В тот лучший мир, где боле нет печали.
"Вот почему горы ты видел трус,
И на горе душ скорбных внял хваленьям
Творца, Его-ж молю, чтоб снял с них груз".
72. "Прекрасная мысль! Души хвалит Бога за освобождение одной из их сестер, вполне очистившейся, a Стаций, с своей Стороны, молит его, да соделаеть Он то же освобождение от грехов и для прочих кающихся". Ibid.
Так он сказал, и, как мы с наслажденьем
73-76. Подобие сети, в которой Бог запутывает грешников, заимствоваию из Св. Писания: "И раскину на них сеть Мою, и будет пойман в тенета Мои". Иезек. XII, 13. -- Подобие утоления жажды взято также оттуда: "Что холодная вода для истомленной жаждой души, то добрая весть из дальней страны". Притчи XXV, 25,
Тем большим пьем, чем больше жажда в нас,--
Так был я полн безмерным упоеньем.
И вождь: -- "Так вот та сеть, что держит вас!
Теперь я вижу, что дает вам волю,
Чем вызван трус и чем веселья глас.
"Но кто ты был? спросить себе позволю;
И почему -- скажи мне -- пять веков
Томился ты, прикованный здесь к полю?"
-- "В те дни, как Тит, ведом Царем миров,
82. Т. е. в 70 г. нашей эры, когда был разрушен Иерусалим римлянами под предводительством Веспассиана, потом его сына Тита, впоследствии римского императора (от 79--81 г.).
За язвы мстил, из коих лицемеры
Исторгли продану Иудой кровь,--
84. "Продану Иудой кровь" -- il sangue per Giuda venduto, оборот церковно-славянский, подобно тому, как сказано: "возложиша верху главы его вину его написану". -- "Слова эти указывают, что миссия Виргилия уже приближается к концу, что мало-по-малу он заменяется и восполняется символами христианской жизни. Сличи: III, 53 прим.; XVIII, 46; XXI, 3S; XXVII, в конце". Флейдерер.
"Под званием, дающим честь без меры,
85. "Под званием" и проч., т. е. под именем поэта -- подражание Лукану О sacer, et magnas vatum labor, omnia fato Eripis, et populis donas mortaibus aevum! Phars. lib. IX, 980--981.
На свете том", так дух сказал в ответ,
"Я славен был, но жил еще без веры.
87. Т. e. без веры христианской, был еще язычником.
"Столь сладостным я духом был согрет,
88. Может быть намек на стих Ювенала: Curritur ad vocem jucundam et carmen amicae Thebaidos, laetam fecit cum Statius urbem Promisittque diem: tanta dulcedine captos Afficit ille animos. Sat. VII, 82. Впрочем, последния слова сказаны Ювеналом, кажется, иронически.
Что мне, тулузцу, Рим открыл чертоги.
89-90. Тулузец, житель г. Тулузы. Смысл тот: Мой голос был так сладостен и мок имя, как поэта, так славно, что, хотя я был родом из Тулузы, Рим открыл для меня свои чертоги, т. е. я был призван в Рим. Как мы видели (примеч. 10), Стаций родился в Неаполе, a не в Тулузе. Ошибка эта произошла от того, что Стация-поэта смешивали долго с ритором Стацием Саркулом или Урсулом родом из Галлии; ошибка, которая, по мнению Ландино, встречается и у Планида Лактанция комментатора к Фиваиде Стация, и которая продолжалась до XV века, пока Поджио не отыскал неизвестное дотоле собрание лирических стихотворений под заглавием Лес (Silvae). "В одном из них (Lib, III, eclog. V) "К Клавдии", жене своей, Стаций, описывая красоты Партенопы (Неаполь), называет ее матерью и нянькой обоих их, amborum genetrix allrixque". Лонгфелло.
Где миртами венчался я, поэт.
90. Не только лавры, но и мирты служили в древности для увенчания поэтов особенно элегических. Находясь в Риме, Стаций трижды был увенчан ими.
"Меня зовут там Стацием; тревоги
91-93. Главное поэтическое произведение Стация была эпическая поэма Фиваида в 12 книг, на которую он употребил 12 лет непрерывной работы. Он описывает в ней поход Семи против Фив и, в частности, борьбу между Полиником и Этеоклом (Ада XXVI, 53--54 и примеч.). Второе произведение Стация -- Ахиллаида, поэма, задуманная им по весьма обширному плану, но доведенная лишь до 452 стиха второй книги, -- ранняя смерть помешала ему окончить труд, почему и сказано: "со второй я ношей пал в дороге" (жизненной). Лучшее произведение Стация, неизвестное Данте,было его "Лес", в 5 книгах, где собрано 32 стихотворения на различные случаи. -- "Там", т. е. в мире живых.
Воспел я Фив, воспет мной и Ахилл;
Но со второй я ношей пал в дороге.
"Во мне посеял искру жара пыл,
94. Буквальный перевод: Энеида Виргилия вдохновила меня. Очевидно, Данте имел здесь в виду стихи самого Стация: Vive, precor, nec tu divinam Aeneidam tempta, Sed longe sequere, et vestigia semper adora. Theb. XII, 816--817.
Божественный, где видим столько благ мы,
Что свет его мильоны озарил,--
"Пыл Энеиды той, в её-ж стихах мы
Имели мать, и няньку иногда,--
98. "Мать обозначает, что Виргилий родил в Стацие любовь к поэзии, нянька (собственно кормилица: nutrix), -- что Виргилий воспитал в нем вкус к поэзии и изящный стиль в стихотворстве". Скартаццини.
Без них наш труд не весил бы и драхмы.
99. Т. е. не имел бы никакого значения. "Действительно, в своей главной поэме Стаций до того рабски следовал Энеиде, что удержал то же число книг, как и в последней, и справедливо заслужил прозвище обезьяны Виргилия". Бенвенуто Рамбалди. -- Чтобы сохранить характерное (и не без иронии сказанное) слово "драхмы", переводчик был принужден прибегнуть к рифмам: "благ мы", "стихах мы", к которым прибегал иногда и Пушкин и к которым, несмотря на богатство в рифмах на итальянском языке, нередко прибегает сам Данте и другие итальянские поэты.
"И для того, чтоб в веке жить, когда
100-102. Т. е. еще бы остался на год в чистилище. Как ни прекрасно с человеческой точки зрения то, что говорит здесь Стаций, тем не менее оно едва ли здесь уместно и во всяком случае противоречит учению Катона (II, 120--122). Штрекфусс. -- Вообще этот стих подвергался сильному порицанию со стороны иезуитов, комментаторов Данте, например Вентури.
Виргилий жил, я-б лишний год согласен
Был здесь пробыть под узами суда!"
Виргилий тут вперил свой взор, безгласен
103. "В сцене, занимающей остальную часть этой песни, нельзя не подивиться, с какой истиной, изяществом и характерностью поэт сумел придать своему творению характер и прелесть драмы". Штрекфусс.
В меня, мне знаком повелел молчать;
Но труд у нас над волею напрасен:
Смех и слеза умеют выступать
106-108. Т. е. смех и слезы не повинуются нашей воле. Также и Фома Аквинский принимает, что не все движения тела могут быть управляемы волей, именно движения, принадлежащия к вегетативной сфере. Sum. Theol. II, 2-е, qu. ХИИИ, art. 9.
За вызовом их быстро так, что тщетны
Усилья прямодушных их сдержать.
108. Собственно, "правдивейших", в подлиннике: Che men seguon voler nei più veraci.
Я улыбнулся, как бы в знак ответный
И бросил взор мне Стаций. смолкший вмиг.
В глаза, где в нас все помыслы заметны.
-- "О если хочешь, чтоб ты в рай проник,
Зачем, скажи, так молнией улыбки",
113. "Молния улыбки" -- Un lampeggiar di riso. Стиху этому подражали Петрарка (il lampeggiar dell' angelico riso), Tacco и другие.
Он вопросил, "твой озарился лик?"
Молчать, иль нет? Борясь, как парус зыбкий
Меж двух противных ветров, я вздыхал,
И вздохов смысл был понят без оштбки
Вождем моим: -- "Не бойся!" он сказал,
"Открой ему все то, чего боишься
Открыть, чтоб он не тщетно вопрошал".
И я затем: -- "Быть может, ты дивишься,
О древний дух, улыбке уст моих;
Но ты сейчас и больше изумишься.
"Тот, кто возвел мой взор до граней сих,
И есть Виргилий, у кого приял ты
Всю мощь воспеть небесных и земных!
"Коль смысл другой моей улыбке дал ты.--
Рассей обман, и знай, что ей виной
Лишь только то, что здесь о нем сказал ты".
Уж он припал, чтоб обхватить рукой
130-131. Как прежде тень Сорделло (Чистилища VII, 15), Стаций выказывает такую любовь к Виргилию не только как к своему учителю в поэзии, но и как к своему обратителю в Христианскую веру (Чистилища XXII, 66 и примеч.).
Ему колена; но мой вождь: -- "Брат милый!
Оставь; ты тень, и тень перед тобой".
132. "Я пал к ногам его... он сказал мне: смотри, не сделай сего". Откров. св. Иоан. XIX, 10.
И он, вставая: -- "Здесь пойми все силы
Любви моей, коль до того забыл
Я нашу призрачность, что тень могилы
135. Сличи Ада VI, 36.
"Обнять тебя, как тело, тщетно мнил",